МАНЪЕСЮ. Свиток II.

151—152

Плачи, сложенные, когда останки
императора [Тэндзи] находились в усыпальнице

151

Плач принцессы Нукада

Когда б могла заранее я знать,
Что ждет тебя беда,
Страшнее всех печалей,
Я завязала бы святой запрета знак,
Чтоб удержать на месте твой корабль!

152

Плач Тонэри Еситоси

Мирно правящий страной
Наш великий государь,
Славный твой корабль,
Верно, будет ждать с любовью и тоской
В стороне Сига мыс Карасаки!

153

Плач императрицы [Яматохимэ]

Ловят чудище-кита...
В море Оми уходя,
Удаляяся от взморья,
Ты, плывущая ладья,
Приплывая к берегам,
Ты, плывущая ладья,
По морю вперед плывя,
Сильно веслами не бей!
К берегу назад идя,
Сильно веслами не бей!
Птицы, что любимы им,
Моим мужем, что мне мил,
Словно вешняя трава,
Государем дорогим,
Птицы улетят тогда...

154

Плач супруги [императора Тэндзи] из рода Исикава

В Садзанами
Страж могучих гор!
Для кого же ты
На горах запрета держишь знак святой? —
Государя больше нет теперь...

155

Плач принцессы Нукада, сложенный, когда все
покидали усыпальницу в Ямасина

Мирно правящий страной
Наш великий государь!
В стороне Ямасина
Возле склонов Кагами
Возвели курган тебе,
Что внушает трепет нам.
Ночью темной —
Напролет,
Светлым днем —
Весь долгий день,
Громко в голос
Плачут там
Сто почтеннейших вельмож
Слуги славные твои,
Покидая твой курган,
Расставаясь навсегда...

Правление императора Тэмму
[673—686]
156—158

Плачи, сложенные принцем Такэти, когда
скончалась принцесса Тоти

156

Там, среди гор священных Миморо,
Богов святые криптомерии повсюду...
Мечтал, что в снах увижу я ее,
Но много уж ночей
Заснуть не в силах...

157

Как короткие полоски ткани
Из священной конопли на склонах Мива,
Что несут богам с мольбой покорной,
Жизнь твоя, дитя, была короткой...
Я же думал: жить ты будешь долго...

158

Хотел пойти, чтоб зачерпнуть
Воды кристальной
В горах, где блещет красотой теперь
Цветок ямабуки,— но все это напрасно:
Ведь мне туда неведомы пути...

159

Плач императрицы [Дзито], сложенный, когда
скончался император [Тэмму]

Мирно правящий страной
Наш великий государь!
Только вечер настает,
Ты, бывало, все глядишь
На пурпурную листву,
А когда придет рассвет,
Ты, бывало, уходил
На гору Камиока,
Где растет прекрасный клен!
Может, и сегодня ты
Вновь отправишься туда,
Может, завтра снова ты
Полюбуешься на клен?
Я на склоны этих гор,
Глаз не отводя, смотрю.
И лишь вечер настает,
Все сильней моя печаль,
А когда придет рассвет,
Снова я живу в тоске,
И одежды рукава
Из простого полотна
Мне от слез
Не осушить...

160-161

Из неизвестной книги

Плачи, сложенные экс-императрицей
[Дзито], когда скончался император [Тэмму]

160

Не говорят ли, что зажженные огни
Берут бесстрашною рукою,
Не обжигаясь, прячут их в мешки,
Но нам не встретиться с тобою,
Таких чудес не знают на земле!

161

Средь голубых небес,
У северных вершин,
Где тянутся цепочкой облака, -
И звезды покидают небо,
И покидает небеса луна.

162

Плач, который повторяла императрица [Дзито] во сне
накануне поминок по императору [Тэмму]
на восьмой год после его смерти в девятый день девятого
месяца

<Из собрания старинных песен>

Мирно правящий страной
Наш великий государь!
Ты, что озаряешь высь,
Солнца лучезарный сын!
Ты, который управлял
Поднебесной много лет
В Асука-стране,
Во дворце, среди равнин
Киемихара!
Как задумал это ты?
Как решиться только мог?
В дальней стороне Исэ,
Что незыблемо хранят
Ветры грозные богов,
В той далекой стороне
Поднялся туманом ты
В час прилива над волной,
Что сгибает до земли
Водоросли-жемчуга...
Ты, что так прекрасен был,
Как на ткани дорогой
Дивно вытканный узор,
Ты, что озаряешь высь,
Солнца лучезарный сын...


Предыдущая Содержание Следующая