МАНЪЕСЮ. Свиток III.

322

Песня, сложенная Ямабэ Акахито по приезде на
горячие источники в провинции Ие

В разных сторонах земли,
Где правление вершат
Внуки славные богов,
К нам сошедшие с небес,
Много жарких бьет ключей.
Но в народе говорят,
Что в стране этой Ие
Дивной красоты полны
Горы наших островов!
И когда с вершин тех гор
Взглянешь на деревьев ряд,
Над источником, где принц
На холме Исанива
У крутых вершин Ие
Думы думал
И слагал
Песни славные свои, —
Видит изумленный взор,
Что деревья оми там
Продолжают зеленеть.
Голоса поющих птиц
Там звучат без перемен.
И на долгие века
Отраженьем божества
Вечно будет процветать
Место странствия царей!

323

Каэси-ута

Сто мужей именитых
Императорской свиты,
Верно, здесь, в Нигитацу,
На ладьях отплывали...
Нам неведомы эти далекие годы.

324

Песня, сложенная Ямабэ Акахито при восхождении
на гору Камиока

Словно дерево цуга
Средь священных славных гор
Каминаби в Миморо,
Что растет из века в век,
Умножая сень ветвей,
Потерявших счет в веках,
Словно тот жемчужный плющ,
Что растет меж горных скал,
Простираясь без конца,
Вновь и вновь хочу сюда
Без конца я приходить,
Чтоб на Асука взглянуть,
На столицу прежних лет!
Там и горы высоки,
Там и реки хороши,
И в весенний яркий день
Все б смотрел на склоны гор!
И осенней ночью я
Слушал бы журчанье струй!
Утром в белых облаках
Пролетают журавли,
А в тумане ввечеру
Там кричит речной олень.
Каждый раз, когда приду
И любуюсь на нее,
В голос горько плачу я,
Вспоминая старину...

325

Каэси-ута

Там, где Асука воды,
Не покинет вдруг заводь
Туман, что покрыл все густой пеленою.
Не такой я любовью люблю,
Чтобы быстро прошла....

326

Песня принца Кадобэ, сложенная им во время
пребывания в Нанива при виде костров, зажженных
рыбаками для приманки рыб

Как яркие огни,
Что, вспыхнув, засверкали
Передо мной в далекой бухте Акаси,
Любовь моя — к тебе!
Так, колосом созрев, наружу вышла.

327

Песня, сложенная монахом Цуканом, когда девушки,
послав ему высушенную раковину, просили его в шутку
магическими заклинаниями вернуть ей жизнь

Пускай ее вы отнесете в море
К владыке вод,
Опустите на дно,
Но как же возвратиться может
Утраченная ею жизнь?

328

Песня Ону Ою, второго заместителя
генерал-губернатора Дадзайфу

Прекрасная в лазури голубой
Столица Нара,
Как цветок расцветший,
Теперь настал
Ее сверкающий расцвет!

329—330

Две песни Отомо Ецуна, помощника начальника
пограничных стражей

329

Все думаю с тоскою о столице,
Что в самом сердце залегла страны,
Где управляет ныне Поднебесной
Наш мирно правящий
Великий государь!

330

Волной струящиеся вниз
Цветы сиреневые фудзи
Теперь повсюду расцвели,
И о своей столице Нара,
Наверно, друг, тоскуешь ты?

331-335

Пять песен царедворца Отомо [Табито],
генерал-губернатора Дадзайфу

331

О расцвет моих сил!
Вряд ли вновь он вернется!
Неужели и мельком
На столицу мне Нара
Никогда уже больше не придется взглянуть?!

332

Жизнь моя!
Как хочу, чтобы длилась ты вечно!
Чтобы мог любоваться я
Малою речкой Киса,
Той, что видел в далекие годы...

333

Поле с мелкою травкой...
Когда начинаю
Вспоминать день за днем свои прежние годы,
Как тоскую всегда
Я о старом селенье!

334

Траву "позабудь"
Я на шнур свой надену,
Чтоб о старом селенье
У горы Кагуяма
Позабыть навсегда!

335

Мое странствие ныне
Ведь не будет же вечно?
Пусть же Имэновада
Не становится мелью,
А будет пучиной, как в давние годы!

336

Песня Сами Мандзэй о вате

Яркие огни в полях Цукуси...
Из страны Цукуси ватой никогда
Тело я не грел —
Не приходилось,
Но такою теплой кажется она!

337

Песня, сложенная Яманоэ Окура, когда он покидал
пиршество

Окура теперь встает,
Вас оставит и уйдет,
Сын, наверно, слезы льет,
И его родная мать
Окура, наверно, ждет!


Предыдущая Содержание Следующая